Как быть счастливой и красивой
Чтобы просто радоваться жизни, женщине нужно столько знать и уметь

Пять тысяч любимых строк

Мария Тарасова

 

***

С глубокомыслием коровьим
Нас гонит критика взашей,
Чтобы стихи сочились кровью,
И по возможности – свежей.

Чтоб философски разрасталось!
Чтоб каждый волочил свой крест!
И на Парнасе не осталось
Таких не вытоптанных мест,

Где, не набрав ещё силёнок,
Не огрубев душой пока,
Смеётся весело ребёнок
Над беззащитностью жука.

 

***

Средь надоевшей суеты
Неуправляемых событий
Я вдруг подумала: "А ты
Уже давно меня не видел…"

И на другом краю мечты,
Уныло глядя на дорогу,
Мгновением попозже ты
Подумал: "Ну и слава Богу."

 

***

В разгар весеннего семестра
Рассудок бедного студента
Не может справиться с оркестром
Своих душевных инструментов.

Он машет палочкою хлипкой,
Пытаясь выразить всё разом,
Прельщаясь талией – что скрипки,
Что, извиняюсь, контрабаса.

Во мнимом хаосе мелодий
Бесчинствует наивный гений,
Пока что неподвластный моде
Классических произведений.

 

***

С утра мелькают рожи злые
Однообразным кирпичом.
Пошли мне, Боже, амнезию,
Чтобы, не помня ни о чём,
Случайно очутиться где-то
От измерений вдалеке,
Листать забытые газеты
На пропылённом чердаке,
Спускаться в садик за морковью,
Варить картошку для пюре,
И не заботиться, какое
Тысячелетье на дворе.

 

МУХА

Она ловила оплеухи
С каким-то обречённым вздохом.
Она была простою мухой,
А быть простою мухой плохо.
К разгару лета сдали нервы.
Чуть зазевалась – хлоп – и нету.
Быть мухой хорошо лишь первой,
И то – в квартире у поэта.

 

***

Весна – и школьникам известно –
Являет нам собой зачин
Охоты за рукой и сердцем
И прочим ливером мужчин.

Но и – с восторженностью детской
Самоуверенный гордец
Ведёт ревизию коллекций
Разбитых за сезон сердец.

А я всё жду – уж если честно –
Политый соусом весны
Рожок из дрожжевого теста
Тобой украденной луны.

ГОРНОМУ ТУРИСТУ

Ему уже не по годам
Взбираться каждый день на дам.
А ведь недавно он, бывало,
За ночь брал десять перевалов!

 

ПРОЩАНИЕ С НОВОГОДНЕЙ ЁЛКОЙ

Уже со скрипом помнит ельник
Стук браконьерский топора,
И вылез первый шизофреник,
Чтобы сказать весне "ура!",

Чтоб оттащить, ругаясь, ёлку
В ближайший мусорный бачок,
А вечером потискать тёлку
Или чего-нибудь ещё,

А поутру, казённой кружкой
По коридору грохоча,
Встречать подтаявшую тушку
Упившегося главврача.

 

***

Она хотела Аль Пачино,
Или ещё какого профи.
Но за отсутствием мужчины
Брала в постель горячий кофе,
Читала женские романы,
Смотрела яркие газеты...
Её подруга негуманно
Над ней хихикала за это.
И на правах старинной дружбы

Пускалась в дебри философий
Души остывшей и ненужной,
Как недопитый черный кофе.

 

***

Щелкнули по глупой деревяшке
Пальцы лет,куда от них мне деться?
Древесина выльется в бумажки,
И труха засыпит гнилью сердце
И стихи,как скомканный подарок,
Шрифт чернеет - неуклюжий ценник
Полукружьем невесомых арок
Ухожу в последний понедельник
     ES

Бывало, постучу по деревяшке –
И счастью никуда уже не деться.
Другие жили строго по бумажке,
А я совсем нестрого, но по сердцу.

Я возводила над рутиной арки,
И даже в самый чёрный понедельник
Судьба преподносила мне подарки.
Но каждый раз показывала ценник.

 

***

Слишком поздно. За сороковник.
Понимаете ли, полковник…
Понимаете. На листочке
Прибавляете нуль к нулю.
Как пустеет бутыль "Метаксы",
Выцветают на солнце факсы,
И смертельно бледнеет строчка
"Я по-прежнему Вас люблю".

Слишком пусто. Всё время мимо.
Это надо же – я любима!
Я ведь с Вами даже заочно
Не играю и не юлю.
Я люблю только джин и тоник.
Я ведь Вас не люблю, полковник.
Понимаете ли… – "Так точно!
Я по-прежнему Вас люблю".

Слишком подло. Но слишком скудно
Жить по совести, не паскудно.
Не бросайте меня, полковник!
Я прошу Вас, а не велю.
Дамы любят обычно сволочь –
Так что Бог Вам, полковник, в помощь!
Я готова поставить стольник…
– Я по-прежнему Вас люблю.

 

***

Ах, вам бы только шуточки,
Ах, вам бы щёлкать семечки!
Постойте на минуточку,
Пожертвуйте копеечку!

Не чек пробьётся кассовый
За это подаяние –
Возможно, что воздастся вам
Как за благодеяние.

Возможно, этой малости
И спросят для прощения –
Какой-то капли жалости
В жестокости течения.

Прошу я вашей милости,
Молю о сострадании –
Не дайте сгинуть в хилости
И самопоедании!

А вам всё прибауточки,
Как птичке-канареечке…
Постойте на минуточку,
Пожертвуйте копеечку!

 

***

Даже залитый солнцем, пустырь – всё равно пустырь.
Даже мусор использован весь для ночного костра.
Мне сегодня весь день почему-то был нужен ты.
Впрочем, точно так же, как и вчера.

Я нашла, наконец, приятеля. Это пёс.
Он хорошей породы, хотя гуляет один.
Он уже никуда не суёт свой холодный нос,
И прекрасно знает команду "уйди".

Очарован иллюзией собственной широты,
Разбегается мир, победно крича "ура".
Только мне почему-то сегодня был нужен ты.
Впрочем, точно так же, как и вчера.

 

ЖЕНЩИНЫ

Неприкаянно шляюсь и чту Эпикура,
Поставляю мишени придурку-Амуру,
Расширяю границы привычного тира.

А жена убирает и моет квартиру.

Мне завидуют даже бывалые боги,
Говорят, что такое доступно немногим:
Закружу, околдую и обезоружу.

А жена приготовит питательный ужин.

Ты расскажешь жене, что работа достала,
И она не устроит за это скандала,
Постарается сверху, а ты будешь снизу…

По ночам не спасает меня телевизор.

 

***

Пропадает единственный шанс
Хоть для галочки выполнить что-то.
Я сижу, собираю пасьянс.
А могла бы сидеть и работать.

Постепенно звереет в мозгу
Среди жирно свисающих складок
Постулат "Без тебя не могу",
Раздражаемый вечным "А надо".

 

ПЛОХАЯ СКАЗКА

В этой сказке всё будет плохим.
Он уйдёт, с плащом и мечом.
Она будет писать стихи,
Не совсем понятно о чём.

И, кумир деревенских дур,
Но любитель принцесс одних,
Приснопамятный трубадур
Будет песни слагать о них.

Эти песни уйдут в народ.
Он уже не вернётся к ней.
И никто из них не умрёт.
Хотя жить-то как раз больней.

 

***

Господин, мы закончили с Богом спор.
Человек погружён во тьму.
Он себя рисует с недавних пор
По подобию твоему.

Эти люди – наши, мой Господин,
Потому что они глупы.
Потому что каждый стоит один
Против всей остальной толпы.

Эти люди уже не боятся нас,
Им страшней не иметь успех.
И поэтому каждый легко отдаст
Душу, чтобы обставить всех.

Я прошу расчёта – уж извини,
Я устала от этих драк.
Дай мне власть над душою того из них,
Кто меня обратил во мрак.

 

КОРОЛЕВА МОРГА

1.

Не пора ли устроить музей,
Чтоб культурно могли восхищаться?
Каждый жаждет зайти, поглазеть.
Но никто не желает остаться.

И от этого хочется – вниз,
Об асфальт городских недоверий,
Застоявшийся свой организм,
Обречённый распахивать двери.

2.

К ней готовы слагать венки,
А иной и слезу прольёт.
Они любят её стихи.
Но никто не любит её.

3.

Везло мне на лихих ребят.
Они едва ли
осозновали, что творят –
и убивали.

Но я зализывала след,
плюя на раны,
и шла туда, куда билет
не по карману.

Я буду жить.
"Я встретил Вас",
и всё такое…
Вы знаете, у Ваших глаз –
наркоз покоя.

Не может быть.
Я не умру.
Но мысль – навылет:
тогда,
приказом,
поутру,
меня –
не Вы ли?

4.

Опять я влюблена не по погоде.
Так сухо, что хоть душу изотри.
Как эта боль мучительно проходит!
Как тщательно цепляет изнутри!
Из жизни. Из окна. Из пистолета.
Опробовано многими уже.
Как медленно проходит это лето,
Как шаркает шершаво по душе...

5.

Ну как расстроился,
Скажи пожалуйста!
Какие горести!
Какие жалости!

Ну прямо иссморкал
Свои жилеточки.
Небось, всю ночь не спал,
Глотал таблеточки.

И не любил меня –
Игрался в папеньку.
Теперь вот – простыня
С казённым штампиком.

Лежу на полочке.
Взираю грубо
На муки сволочи
Глазами трупа.

6.

Однако, ловко смерть меня раздела,
Швырнув на землю скомканное тело.
Душа, довольно хмыкнув, улетела –
Уставшая от глупостей душа.
Я столько лет придумывала сказки,
В которых ожидала Вашей ласки,
Что не могла уже без этой встряски
Спокойно в Вашу сторону дышать.

Теперь на Вас могу смотреть спокойно,
Как и положено порядочным покойным.
А Вы, похоже, искренне расстроены.
Ах, боже мой, зачем об этом в лоб!
И где ж Вы раньше были с поцелуем?
Ах да, ведь Вы же любите другую.
Нет-нет, я Вас нисколько не ревную.
А всё же жаль, что закрывают гроб…

 

ДОМ

Теперь его обходят люди стороной.
Его боятся даже шустрые подростки.
Там осыпается по осени извёстка,
Сочатся щели старческой слюной.

Он вынес многое. Он был бы рад служить.
Ещё хватало в перекрытьях силы.
Но кто-то написал: "Невыносимо",
Приговорив к разъезду этажи.

И было муторно от пыли и пыльцы,
И двери хлопали особенно зловеще,
Когда неловко выносили свои вещи
Бросающие дом его жильцы.

Опустошающее бремя этажей.
В глазах сквозит холодная усталость.
А что ещё ненужному осталось,
Как стать приютом для собак и для бомжей?

 

МЫЛЬНЫЙ РОМАН-С

А мне осталась копия письма…
Я в нём Вас ни о чём не умоляла,
Как школьница, лишь время повторяла,
Прошедшее, условное весьма.

Я медлила с отправкой полчаса.
Какие я осиливала бездны!
Зачем Вы столь бессовестно-любезны,
Зачем Вы раздаёте адреса?

И не поворотить программу вспять.
Почтовый сервер, хоть и перегружен,
Пока Вы поглощаете свой ужин,
Неспешно будет письма посылать.

Я проклинаю жалкий этот писк!
Я брошена… И вот, неважно где мы –
Бежит моя программа сквозь модемы,
И вскорости сотрёт Вам жёсткий диск.

 

НЕДЕТСКИЙ СТИШОК

На кухне у поэта
В просторной морозилке
Жила одна котлета
Жевательной резинки.
Она в жару и холод
Путём воображенья
Ему гасила голод
И головокруженье.
И так бы понемножку
Они влачили кости,
Но от соседей кошка
Зашла к поэту в гости.
Взращённая в изысках,
В перинках и в корзинке,
Залезла сразу киска
К поэту в морозилку.

Поэт отныне кошек
Не подпускает близко,
Изрядно огорошен
Замёрзшим трупом киски.

 

***

Уцепившись за край обветшалого неба,
Я витала над бездной фамильного склепа
И взирала на древо, где каждая ветка
Величаво клонилась под тяжестью предка.

Почему-то мне было весьма интересно
Отыскать для меня припасённое место.
Потому что не хочется зрелищ и хлеба.
Потому что стареет и рушится небо.


data-override-format="true" data-page-url = "http://www.ladyfromrussia.com">

Популярные новинки, скидки, акции
 
Рейтинг@Mail.ru